Н.Новгород, ул. Большая Покровская, д. 25
Скворцов Алексей Николаевич, адвокат, (Адвокатская контора Советского района НОКА).
Опубликовано "Нижегородский адвокат" №08-2019

Достаточно большой правовой и общественный резонанс вызвала история с курганским фермером - инвалидом, решившим, чтобы не бегать по полям за теленком, повесить на него GPS трекер заказанный на сайте в Китае. При получении заказа на почте он был задержан сотрудниками ФСБ за незаконный оборот специальных технических средств с последующей перспективой привлечения к ответственности по ст. 318.1 УК РФ.

История для фермера после всех тяжб закончилась благоприятно, а проблематика оборота специальных технических средств (СТС) привлекла к себе внимание. Об этом я и хочу порассуждать в данной статье.

Не секрет, что следственные органы не уделяли достаточного внимания установлению умысла при совершении действий по покупке устройств и ограничивались лишь установлением самого факта приобретения устройства, не вникая, для чего это устройство предназначено: следить за бизнес - партнером, или наблюдать за местоположением своей личной машины.

Во время быстрого развития технологий в незаметную коробочку можно поместить целый компьютер, неусыпным оком следящий за всем происходящим и снимающий всю необходимую информацию: звук, видео, данные о местоположении, содержимое другого компьютера.

Если десяток лет назад вызывал удивление телефон с камерой, то сейчас большее удивление вызывает скорее телефон без камеры.

СТС компактны, легки в производстве, как следствие, доступны по цене, в связи с чем могут стать орудием в руках незаконопослушных граждан, желающих вторгнуться в чью-то личную, семейную жизнь или в коммерческую деятельность.

Именно этим было обусловлено наличие в российском законодательстве норм права, предусматривающих соответствующую ответственность: ст. 138.1 УК РФ - «Незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» и ст. 20.23. КоАП РФ, регламентирующей наказание за нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения СТС, предназначенных для негласного получения информации, при наличии специального разрешения (лицензии) и за нарушение порядка их сертификации, регистрации их учета.

Но, как нередко бывает, правовые новеллы оказались туманными и потребовались годы, чтобы внести больше конкретики. Статья 138.1. появилась в УК РФ в 2011 году. Однако понятие СТС дано не было.

Несколько спасало ситуацию Постановление Правительства РФ от 10 марта 2000г. № 214 «Об утверждении положения о ввозе в РФ и вывозе из РФ специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и списка видов специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, ввоз и вывоз которых подлежат лицензированию».

Фактически, именно за нарушение указанного положения и предусмотрена ответственность в диспозиции ст. 20.23 КоАП РФ.

В целях раскрытия понятия СТС, ими являются следующие предметы:

- закамуфлированные под бытовые предметы;

- имеющие вынесенный зрачок входа (PIN-HOLE) или с вынесенными органами управления камерой;

- работающие при низкой освещенности;

- системы прослушивания телефонных переговоров;

- средства для негласного перехвата информации с технических каналов связи, контроля почтовых отправлений, исследования документов, контроль перемещения объектов;

- вскрытия замков и др.

Но эти описания в большей степени относятся к лицензированию, которое осуществляет ФСБ.

Разъяснения призваны послужить формированию единообразной практики, исключающей привлечение к ответственности лиц, действующих без преступного умысла.

Ответственность за оборот СТС предусмотрена как уголовным, так и административным законодательством.

Статья 20.23 КоАП РФ предусматривает ответственность за нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, при наличии специального разрешения (лицензии).

Часть вторая указанной статьи вводит ответственность за нарушение правил разработки, ввоза и вывоза из Российской Федерации, а также порядка сертификации, регистрации и учета специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

На взгляд многих, статья достаточно узко-специальная, и касается она в основном юридических лиц, ведущих свою деятельность в данной сфере, тем не менее, в Российской Федерации по этому составу в 2018 году было рассмотрено 198 дел.

А что же все-таки с физическими лицами желающими, например, на котика повесить прибор для контроля за его местаположением?

В связи с общественным запросом на конкретизацию используемых определений 2 августа 2019г. президент внес изменения в указанную уголовную статью, добавив в нее два примечания, а именно:

1. Под специальными техническими средствами, предназначенными для негласного получения информации, в настоящем Кодексе понимаются приборы, системы, комплексы, устройства, специальные инструменты для проникновения в помещения и (или) на другие объекты и программное обеспечение для электронных вычислительных машин и других электронных устройств для доступа к информации и (или) получения информации с технических средств ее хранения, обработки и (или) передачи, которым намеренно приданы свойства для обеспечения функции скрытого получения информации либо доступа к ней без ведома ее обладателя.

2. К специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, не относятся находящиеся в свободном обороте приборы, системы, комплексы, устройства, инструменты бытового назначения, обладающие функциями аудиозаписи, видеозаписи, фотофиксации и (или) геолокации, с открыто расположенными на них органами управления таким функционалом или элементами индикации, отображающими режимы их использования, или наличием на них маркировочных обозначений, указывающих на их функциональное назначение, и программное обеспечение с элементами индикации, отображающими режимы его использования и указывающими на его функциональное назначение, если им преднамеренно путем специальной технической доработки, программирования или иным способом не приданы новые свойства, позволяющие с их помощью получать и (или) накапливать информацию, составляющую личную, семейную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну, без ведома ее обладателя.

Таким образом, небольшая видеокамера с кнопками это вполне легально, а камера, встроенная в пуговицу, не мигающая индикатором – уже сомнительно.

При том, заметьте коллеги, что примечание не столько дает определение тому, что же все же является этими самыми специальными средствами, сколько разъясняет, что к этим средствам не относится.

А ведь такие буквальные примечания, скажем так, «от обратного», не частый гость на страницах кодексов.

Практически следующим федеральным законом в этот день вносятся изменения

в соответствующую статью и КоАП РФ. Она дополняется отсылочной нормой к этому самому примечанию, сдержащему следующий текст: для целей настоящего Кодекса понятие «специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации» используется в том же значении, что и в примечании 1 к статье 138.1 Уголовного кодекса РФ».

Отмечаю, что отсылки к примечанию № 2, разъясняющие что не является СТС, в примечании к административной статье нет.

Значит ли это, что это примечание №2 на действие КоАП РФ не распространится? Смею предположить, что, по мнению законодателя, в этом нет юридического смысла не только по причине возможности применения аналогии права, но и по причине того, что нарушения при обороте требующего сертификации товара, не требуют юридического определения того, что к сертифицируемому товару не относится.

Однако, с точки зрения буквального толкования закона, я счел бы отсылку и к примечанию №2 вполне допустимой.

Видимо на данном этапе вновь придется обращаться к тем самым правилам и иным ведомственным актам. В любом случае, положительный эффект от внесения указанных изменений трудно недооценить.

Изучая проблематику данного вопроса, я провел некий опрос продавцов электроники на радиорынке и если там все в один голос утверждали, что ничего «такого» у них нет, то на просторах интернета, особенно на ресурсах Поднебесной, что только не предлагается к оферте. И мягкую игрушку с микрофоном, и искусственный цветок с камерой … и все эти устройства вполне подходят под определения, данные в примечании,

и, как следствие, возможную ответственность за их нелицензированный оборот.

Есть все основания считать, что новые нормы не только исключат предвзятость к разрешению дел в данной категории, но и обеспечат большее понимание гражданами особенности определенных технических средств при их приобретении...

Достаточно большой правовой и общественный резонанс вызвала история с курганским фермером - инвалидом, решившим, чтобы не бегать по полям за теленком, повесить на него GPS трекер заказанный на сайте в Китае. При получении заказа на почте он был задержан сотрудниками ФСБ за незаконный оборот специальных технических средств с последующей перспективой привлечения к ответственности по ст. 318.1 УК РФ.
История для фермера после всех тяжб закончилась благоприятно, а проблематика оборота специальных технических средств (СТС) привлекла  к себе внимание. Об этом я и хочу порассуждать в данной статье.
Не секрет, что следственные органы не уделяли достаточного внимания установлению умысла при совершении действий по покупке устройств и ограничивались лишь установлением самого факта приобретения устройства,  не вникая, для чего это устройство предназначено: следить за бизнес - партнером, или наблюдать за местоположением своей личной машины.
Во время быстрого развития технологий в незаметную коробочку можно поместить целый компьютер, неусыпным оком следящий за всем происходящим и снимающий всю необходимую информацию: звук, видео, данные о местоположении, содержимое другого компьютера.
Если десяток лет назад вызывал удивление телефон с камерой, то сейчас большее удивление вызывает скорее телефон без камеры.
СТС компактны, легки в производстве,  как следствие, доступны по цене, в связи с чем могут стать орудием в руках незаконопослушных граждан, желающих вторгнуться в чью-то личную, семейную жизнь или в коммерческую деятельность.
Именно этим было обусловлено наличие в российском законодательстве норм права, предусматривающих соответствующую ответственность: ст. 138.1 УК РФ - «Незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации»  и ст. 20.23. КоАП РФ, регламентирующей наказание за нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения СТС, предназначенных для негласного получения информации, при наличии специального разрешения (лицензии) и за нарушение порядка их сертификации, регистрации их учета.
Но, как нередко бывает, правовые новеллы оказались туманными и потребовались годы, чтобы внести больше конкретики. Статья 138.1. появилась в УК РФ в 2011 году. Однако понятие СТС дано не было.
Несколько спасало ситуацию Постановление Правительства РФ от 10 марта 2000г. № 214 «Об утверждении положения о ввозе в РФ и вывозе из РФ специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и списка видов специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, ввоз и вывоз которых подлежат лицензированию».
Фактически, именно за нарушение указанного положения и предусмотрена ответственность в диспозиции ст. 20.23 КоАП РФ.
В целях раскрытия понятия СТС, ими являются следующие предметы: 
- закамуфлированные под бытовые предметы;
- имеющие вынесенный зрачок входа (PIN-HOLE) или с вынесенными органами управления камерой;
- работающие при низкой освещенности;
- системы прослушивания телефонных переговоров;
- средства для негласного перехвата информации с технических каналов связи, контроля почтовых отправлений, исследования документов, контроль перемещения объектов;
- вскрытия замков и др.
Но эти описания в большей степени относятся к лицензированию, которое осуществляет ФСБ.
Разъяснения призваны послужить формированию единообразной практики, исключающей привлечение к ответственности лиц, действующих без преступного умысла.
Ответственность за оборот СТС предусмотрена как уголовным, так и административным законодательством.
Статья 20.23 КоАП РФ предусматривает ответственность за нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, при наличии специального разрешения (лицензии).
Часть вторая указанной статьи вводит ответственность за нарушение правил разработки, ввоза и вывоза из Российской Федерации, а также порядка сертификации, регистрации и учета специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации. 
На взгляд многих, статья достаточно узко-специальная, и касается она в основном юридических лиц, ведущих свою деятельность в данной сфере, тем не менее, в Российской Федерации по этому составу в 2018 году было рассмотрено 198 дел. 
А что же все-таки с физическими лицами желающими, например, на котика повесить прибор для контроля за его местаположением?
В связи с общественным запросом на конкретизацию используемых определений 2 августа 2019г. президент внес изменения в указанную уголовную статью, добавив в нее два примечания, а именно:
1. Под специальными техническими средствами, предназначенными для негласного получения информации, в настоящем Кодексе понимаются приборы, системы, комплексы, устройства, специальные инструменты для проникновения в помещения и (или) на другие объекты и программное обеспечение для электронных вычислительных машин и других электронных устройств для доступа к информации и (или) получения информации с технических средств ее хранения, обработки и (или) передачи, которым намеренно приданы свойства для обеспечения функции скрытого получения информации либо доступа к ней без ведома ее обладателя.
2. К специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, не относятся находящиеся в свободном обороте приборы, системы, комплексы, устройства, инструменты бытового назначения, обладающие функциями аудиозаписи, видеозаписи, фотофиксации и (или) геолокации, с открыто расположенными на них органами управления таким функционалом или элементами индикации, отображающими режимы их использования, или наличием на них маркировочных обозначений, указывающих на их функциональное назначение, и программное обеспечение с элементами индикации, отображающими режимы его использования и указывающими на его функциональное назначение, если им преднамеренно путем специальной технической доработки, программирования или иным способом не приданы новые свойства, позволяющие с их помощью получать и (или) накапливать информацию, составляющую личную, семейную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну, без ведома ее обладателя.
Таким образом, небольшая видеокамера с кнопками это вполне легально, а камера, встроенная в пуговицу, не мигающая индикатором – уже сомнительно.
При том, заметьте коллеги, что примечание не столько дает определение тому, что же все же является этими самыми специальными средствами, сколько разъясняет, что к этим средствам не относится.
А ведь такие буквальные примечания, скажем так, «от обратного», не частый гость на страницах кодексов.
Практически следующим федеральным законом в этот день вносятся изменения 
в соответствующую статью и КоАП РФ. Она дополняется отсылочной нормой к этому самому примечанию, сдержащему следующий текст: для целей настоящего Кодекса понятие «специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации» используется в том же значении, что и в примечании 1 к статье 138.1 Уголовного кодекса РФ».
Отмечаю, что отсылки к примечанию № 2, разъясняющие что не является СТС, в примечании к административной статье нет.
Значит ли это, что это примечание №2 на действие КоАП РФ не распространится? Смею предположить, что, по мнению законодателя, в этом нет юридического смысла не только по причине возможности применения аналогии права, но и по причине того, что нарушения при обороте требующего сертификации товара, не требуют юридического определения того, что к сертифицируемому товару не относится.
Однако, с точки зрения буквального толкования закона, я счел бы отсылку и к примечанию №2 вполне допустимой.
Видимо на данном этапе вновь придется обращаться к тем самым правилам и иным ведомственным актам. В любом случае, положительный эффект от внесения указанных изменений трудно недооценить.
Изучая проблематику данного вопроса, я провел некий опрос продавцов электроники на радиорынке и если там все в один голос утверждали, что ничего «такого» у них нет, то на просторах интернета, особенно на ресурсах Поднебесной, что только не предлагается к оферте. И мягкую игрушку с микрофоном, и искусственный цветок с камерой … и все эти устройства вполне подходят под определения, данные в примечании, 
и, как следствие, возможную ответственность за их нелицензированный оборот.
Есть все основания считать, что новые нормы не только исключат предвзятость к разрешению дел в данной категории, но и обеспечат большее понимание гражданами особенности определенных технических средств при их приобретении...