Н.Новгород, ул. Большая Покровская, д. 25
Ольга Анатольевна Ильина, адвокат Адвокатской конторы Нижегородского района НОКА
Опубликовано "Нижегородский адвокат" №03-2020

 

Однажды в Адвокатской конторе Нижегородского района г. Нижнего Новгорода раздался звонок из аппарата Уполномоченного по правам человека по Нижегородской области с просьбой оказать юридическую помощь гражданам, оказавшимся в сложной жизненной ситуации. На консультацию в нашу контору пришла восьмидесятилетняя бабушка, ветеран труда. Она была подавлена и совершенно не понимала, что ей делать.
Несколько лет назад в возрасте сорока лет от онкологии умерла ее единственная дочь, без матери остались две маленькие девочки.
А тут новая беда - в декабре 2019 года пришло письмо из банка с требованием заплатить 1 миллион 700 тысяч рублей. Оказалось, что покойная несколько лет назад взяла на пять лет в кредит около трехсот тысяч рублей, кредит платила до самой смерти. После ее смерти долг рос, представители банка не звонили родственникам, а те ничего не знали о кредите. Родственники послушно принесли в банк все документы, которые банк требовал, справку о смерти, выписку из медицинской карты и все остальное. В банке им сказали, что выписка из медкарты не подходит, надо другую, подробную. У граждан появились сомнения в словах представителей банка, они обратились сначала в аппарат Уполномоченного по правам человека в Нижегородской области, там их направили в адвокатскую контору, где по поручению заведующей конторы М.М. Шараповой за дело взялась я.
Нужно заметить, что в выписке из медицинской карты покойной было все в порядке, и по моему мнению, ничто не мешало страховой компании принять документы, подтверждающие наличие страхового случая (смерти) заемщика и произвести выплату страхового возмещения по страховому случаю в связи со смертью заемщика в пользу выгодоприобретателя – банка. Но представителей банка эта выписка не устраивала категорически.
Они продолжали названивать, в том числе и в момент консультирования, и требовать другую. Моя доверительница сказала по телефону, что теперь их дело ведет адвокат. После этого в их и моей жизни начался просто кошмар. Моей доверительнице и мне стали поступать угрозы по телефону, что «беда наступит внезапно», что «будет по плохому», уговаривали их отказаться от адвоката, звонили каждый день по несколько раз. Писали мой доверительнице некорректные, порой оскорбительные слова обо мне.
Мне тоже звонили каждый день. Моя доверительница несколько раз обращалась в полицию, вызывала скорую помощь.
Я дала совет, что нужно наладить связь со страховой организацией, которая, увы, находится в Москве. Я составила несколько адвокатских запросов в страховую организацию, а также в банк, отказывающийся принять имеющиеся документы о смерти, чтобы банк дал ответ, что с ними не так. Также я посоветовала перестать вести с банком устные разговоры и наладить деловую переписку. Банк нам на наши заявления и запросы не отвечал, но продолжал звонить и пугать. Страховая тоже молчала. Шло время, долг перед банком рос.
И вот здесь начались настоящие чудеса. Представители банка, пока тянули время с ответами нам, пришли самостоятельно в поликлинику к лечащему врачу покойной и сказали, как именно нужно переделать выписку. Врач по требованию банка переделала выписку, сама позвонила доверительнице и велела срочно приходить за ней.
Когда вторая, новая выписка из медкарты была получена, то мы очень удивились, так как там появились новые болезни, сведения о том, что якобы покойная болела до того, как взяла кредит, и много раз обращалась врачу. И в новой выписке была указана такая болезнь, которая, на мой взгляд, не позволяла им надеяться на страховую выплату. Эту вторую выписку мы решили нигде не показывать, представители банка были в ярости.
Банк устроил нам телефонный терроризм и стал охотиться за этой выпиской. Наша позиция была однозначна - дождаться официального ответа от страховой организации, а также разобраться, почему врач поликлиники без родственников общается с банком и вносит изменения по требованию банка в медицинские документы покойной. Я составила жалобы в Центробанк, в прокуратуру, в министерство здравоохранения, непосредственно в банк, в страховую организацию, иные компетентные органы, где изложила подробно все обстоятельства.
Неожиданно случился очень интересный поворот в нашей истории. Представители Аппарата уполномоченного по правам человека Нижегородской области заинтересовались нашей историей и вместе с одним из руководителей отдела банка пришли в нашу адвокатскую контору для беседы с заведующим конторой М.М. Шараповой и мною. Важно заметить, что все это время заведующая конторой Шарапова М.М. владела всей информацией по моему делу, активно поддерживала, помогала мне грамотными советами, что меня, безусловно, ободряло и внушало надежду на благополучный результат этого дела. И благодаря М.М. Шараповой эта встреча была организована в нашей конторе.
Разговор был эмоциональным и сложным. Представитель банка убеждал, что надо отдать выписку из медкарты банку, что я затягиваю дело. Представители аппарата Уполномоченного по правам человека были объективны, пытались разобраться в ситуации. М.М. Шарапова и я убедили присутствующих в том, что наша позиция правильная, что противоречия между первой и второй выпиской из медицинской карты не в пользу моих доверителей. Мы убедили присутствующих на этой беседе, что страховая организация гражданам, скорее всего, откажет, если мы предоставим вторую выписку. И также мы попросили представителей аппарата помочь разобраться с незаконной ситуацией внесения изменений в медицинские документы покойной, что они и пообещали сделать.
После этого разговора через сорок минут на мою электронную почту пришло письмо из страховой компании о том, что случай смерти признан страховым, и в ближайшее время банку будут перечислены все деньги в полном объеме, долг будет закрыт. Через несколько дней от банка поступил официальный ответ о том, что задолженность клиента по кредитному договору погашена. И бабушка снова плакала, только уже от радости, что не нужно платить непосильную сумму.