Н.Новгород, ул. Большая Покровская, д. 25
Алексей Королев, редактор журнала «Нижегородский адвокат»
Опубликовано в №01-2017

 





Новелла
Ко дню рождения Владимира Высоцкого.




Говорят, что песни Владимира Высокого так брали за душу, что даже фронтовики спрашивали, на каком фронте он воевал. То, почему его песни столь жизненны, остается секретом и будит воображение.







***

Мина разорвалась - как будто ничего и не было.

-  Васин! 

Нет ответа. 

- Володька, Вовка! Васин, оглох? К политруку!!

Замкомвзовда связи Васин встал со шконки и вышел из блиндажной темени. Снаружи гуляло солнце и слепило глаза.

- Старшина Васин  по вашему приказанию...

- Отставить!  - Политрук помахал перед бойцом бумагами. 

- Сигнал на тебя, Васин! 

- Какой сигнал?

- Ты же комсомолец? А согласно сигналу - верующий. Это ты говорил, что если перед взрывом зажать в руке фотографию и посмотреть на личность, то в случае геройской гибели твоя душа может переселиться в того, на кого смотришь?

- Так это же я просто так, товарищ политрук!

- Ваньку не валяй! Переселение душ пропагандируешь?! И еще. Под гитару стишки поешь? Это ж буржуазный инструмент!

Васин понурился.

- А мы тебя на повышение... Словом, тебе приказ: выбрось дурь из башки. Переводим тебя в батальон. Свободен!

Васин повернулся к выходу, зацепился локтем за гвоздь, ругнулся, а потом заржал.

- Ты чего? - переспросил политрук.

- Гвоздей тут, что в нашей бане, в Иркутске! Простите, товарищ политрук, вспомнилось! Перед самой мобилизацией нам баню срубили. Я шоферил там...




***

Васин вернулся в расположение. На своей койке обнаружил   чужой вещмешок. На стене, за  крепежным бревном, воткнутую фотографию: мужчина, женщина и малец. 

- Это еще что?! Васин сбросил мешок и лег на шконку. Стал разглядывать фотографию.

- Видать, списали тебя, Васин, - ухмыльнулся сосед слева. - Замену тебе прислали. Связист Семен Высоцкий. Это его карточка! 

- Семейный? Васин разглядывал лицо жены нового зампосвязи, но взгляд задержал на сыне. 

- А гитару мою куда дели?

Разрыв заполонил блиндаж едким дымом и стоном гитарной струны...




***

Выдох был не по-детски долгим для мальчонки.

Солнышко било в окно московской квартиры.

 - Ого! Это что там за дедуля?  Малой, а сопит как мой батя! - женщина оставила разливать чай и повернулась к софе, на которой играл мальчик.

 - Какой же это тебе дед! - улыбнулась ее подруга в цветастом платье. Это сын мой, Володечка. Се-ме-ныч!

- А чего он вздыхает так странно - по-взрослому. Аж не по себе... 

Тут брякнула брошенная на софе гитара. Мальчик, как старшим могло это показаться, перебирал пальцами по струнам очень задумчиво.

- Господи, он что? Вундеркинд?! - не унималась товарка. - Музыкант! В отца? 

- Семен у нас сейчас на фронте, связистом - отозвалась  женщина в цветастом. А гитару Сема сроду не признавал!  

Засобиралась сама и стала одевать мальчика.

- Останься, - суетилась «с чайником»! Куда ты?

- На Каретный зайду, говорят, туда скоро переедем. 




***

Тем временем, связист Семен Высоцкий стоял у разрушенного блиндажа и горевал о пропавшей фотографии.